о людях и моде в Беларуси

Labels

Евгений Гришковец и Бигуди & BrainStorm - На заре

Нет-нет, я уже знаю, я знаю, что юность закончилась.
Теперь я могу только вспоминать. А я помню:
Тогда и там, в юности, я не чувствовал себя счастливым,
Мне казалось наоборот, что все сложно:
Меня не понимают, меня не слышат.
Но теперь-то я знаю, что там и тогда было счастье...
А тогда я ничего не знал, зато я так всего хотел,
Как же я ждал тогда чего-то.
Но мне казалось, и я слышал, что меня зовут...

На заре голоса зовут меня...
На заре голоса зовут меня...


  Я сижу на качелях, босыми ногами касаясь травы. Лениво качаясь не вверх-вниз, а из стороны в сторону, неторопливо перебираю пальцами ног по прохладному и мягкому ворсу маленьких травинок.  Пока младшая двоюродная сестра смотрит комедию в доме, бабушка поливает все живые растения, а дедушка пилит свои инструменты, я скрываюсь в тени сада. Полуденный зной уже идёт на спад и ласковая прохлада приходящего вечера постепенно окутывает маленький дворик. Прямо перед собой я вижу гамак, который неспешно качается на ветру. Проскакивает желание полежать в нём, но, сидя на качелях и мягко покачиваясь, я убаюкиваю себя от страхов, грусти и переживаний как маленького ребёнка. Мои волосы спадают мне на плечи, они очень длинные и в кончиках иногда путаются первые вечерние блики солнца. 





А чего я ждал тогда?
А я ждал себе удивительной судьбы, неповторимой жизни,
Как я хотел все почувствовать, все попробовать,
И как можно скорее...
Я тогда мог идти по улицам, отражаться в витринах,
И мог сильно надеяться, что меня обязательно полюбят, что меня ждут.
А еще я мог до утра сладко думать и с трепетом чувствовать,
Что вот-вот, уже этим утром, уже скоро, уже скоро...

На заре голоса зовут меня...
На заре голоса зовут меня...

  Я прохожу по саду. Заготовленные дрова аккуратными кирпичиками лежат у стены. Мягкие бутоны пионов заставляют меня разгадать их цвет - то ли они молочные, то ли нежно-розовые? Некоторые цветы спалены жарким июльским солнцем, на их лепестках по краям будто рваные сгоревшие раны. На яблоневых деревьях плоды купаются в мерцающих капельках, в брызгах воды некоторые яблочки будто бы улыбаются. С удовольствием бабушка рассказывает про каждое деревце в саду, у каждого из них - своя история. Иногда я посматриваю на то дерево, про которое идёт речь, а оно склоняет свои ветви, будто подтверждая каждое слово, сказанное в его сторону. Дневные хлопоты и дела уходят с каждым прорывающимся сквозь листву уходящим солнцем и я предлагаю устроить поединок в пинг-понг. Дедушка сам сделал этот стол, поэтому за игру он берется с особой радостью, что поиграть решили мы все вместе. В детстве я занималась пинг-понгом в секции и сейчас мои удары слишком сильные. Когда сестра неосознанно кричит мне "бей, пожалуйста, послабее" я слышу "будь" и запоминаю это как знак.









И там, в юности, когда я смотрел на утренний туман над речкой,
Или возвращался домой, под утро, по еще спящему городу,
Мне всегда казалось, точнее, я был уверен,
Что зовут именно меня, именно меня...

На заре голоса зовут меня...
На заре голоса зовут меня...

  Когда я перестала бежать за скользящими по полю лучами закатного солнца? Сейчас мои шаги намного сильнее и крепче. Щетина скошенной пшеницы режет ступни и, цепляясь за мои штаны, будто не позволяет сделать ни шагу. Сестра где-то впереди, пока на ходу я ловлю выпадающие ключи из карманов. Только приблизившись у нужному стогу сена, замечаем, как лучи уже переместились на соседний "кругляш" и всё, что мы успеваем - это хаотично перемещаться по полю между стогами, словно шахматные фигуры по доске. Наконец-таки догнав его на секунду, быстро достаю фотоаппарат и начинаю фотографировать Юлю. Первые кадры самые лучшие, она искренне смеётся и радуется долгожданной остановке после всей этой перебежки, а через пару секунд она уже начинает позировать. Ей пока только 13 лет, она старается казаться старше, хотя в её глазах, как в отражении, я вижу детство. Когда Юля просит фотоаппарат, чтобы я научила её фотографировать, я вспоминаю, как фотографировалась в этом поле 4 года назад. Маленькаявзрослаясчастливопьянаязацелованная в оранжевом платье в пол и даже вроде бы с такими же длинными волосами. Останавливая поток былых воспоминаний, беру фотоаппарат в свои руки, хвалю сестру и обещаю ей Kit-Kat на вечернем чаепитии с ба и де. У неё снова появляются  силы, которые в один момент покинули меня, и она бежит к дому. Солнце почти село, ветер слабо колышет мои волосы. Дышать в полные легкие как будто страшно, но, подымая голову к небу, распутываю тяжёлые узлы... 









  ...Чай - самый вкусный в этом году, все довольны и счастливы, но тихая светлая грусть эхом бьётся вместе с сердцем... Я засыпаю в сенях и просыпаюсь в 5 утра от холода. Встав за одеялом и встречая рассвет, улыбаюсь заре, вспоминая песню Гришковца. И, правда, голоса будто зовут меня. И внезапно так хорошо: я живу... Дышу... Люблю...